ПРОДОЛЖЕНИЕ ИСТОРИИ:
— Та девочка у столовой? — прошептала я.
— Да. — Голос Алины дрожал хотя держалась она прямо. — Свёкор болен, забывает всё. Они вышли буквально на минуту — Алиса даже куртку нормальную надеть не успела. А потом заблудились и бродили шесть часов под дождём. Если бы вы не остановились...
Она замолчала. Я видела как у неё дрожит подбородок.
— Волонтёры запомнили вас — сказали что вы работаете в столовой на Ленинской. Ваша сменщица дала адрес. Несколько часов вас искала. Чем я могу помочь?
И я сломалась. Рассказала всё — про маму, про перелом, про четыреста пятьдесят тысяч, про Дениса который сказал что это не его проблема и ушёл.
Алина выслушала. Достала телефон.
— В какой она больнице?
В тот же вечер маму перевезли в частную клинику. Алина сама поговорила с заведующим. Операцию назначили на утро.
— Вы просто отдали свой ужин, — сказала она когда мы сидели в холле. — Даже не зная кто мы.
Я не знала что ответить. Просто кивнула и расплакалась.
Через полтора месяца мама вышла на улицу. С ходунками, но сама. Щурилась от зимнего солнца и улыбалась.
В тот же день у ворот клиники я увидела Дениса. Жалкий букетик тюльпанов в целлофане. Мялся, переступал с ноги на ногу.
— Лер, я дурак был. Давай начнём сначала?
Я вспомнила как хлопнула дверь. Как он сказал — твоя мать не моя проблема.
— Денис. Ты мне не нужен.
Развернулась и пошла к остановке.
На улице было морозно. Но дышать стало легко.