— Мама Роса сказала, что этот медальон должен попасть к папе.

В комнате повисла тишина.

Алехандро медленно опустился на колени перед девочками.

— Какому папе?

Луна посмотрела ему прямо в глаза.

— Тебе.

У Алехандро задрожали руки.

— Почему она так сказала?

Соль прошептала:

— Потому что мама Роса сказала, что твоя настоящая мама умерла, а наша мама… тоже умерла.

Офелия резко отвернулась к окну.

Алехандро заметил это и впервые посмотрел на неё не как на мать, а как на человека, который что-то скрывает.

— Мама, что происходит?

— Ничего, — слишком быстро ответила Офелия.

Но девочки уже начали рассказывать. Их мать звали Мариана. Они помнили её плохо, отдельными картинками: белая кровать, запах духов, большая собака во дворе и мужчина на фотографии, которую мама часто держала в руках.

На обратной стороне фотографии было написано: «Алехандро. Папа девочек».

Алехандро почувствовал, как внутри всё перевернулось.

Мариана не могла иметь детей. Так ему сказали врачи почти три года назад. А потом, через несколько месяцев, она умерла после осложнений, связанных с редким заболеванием.

По крайней мере, так он всегда думал.

Он позвонил своему старому семейному адвокату и попросил срочно приехать. Тот появился через час с папкой документов.

— Алехандро, я не хотел вмешиваться раньше, — сказал адвокат, — но после смерти Марианы обнаружил кое-что странное.

В папке лежали медицинские документы и старое заключение из частной клиники. Выяснилось, что Мариана действительно была беременна двойней.

Но последние страницы её медицинской карты были подделаны.

И подпись врача тоже.

Адвокат посмотрел на Офелию.

— А деньги за изменение документов поступали со счёта компании Маурисио.

Маурисио побледнел.

— Это ложь!

Но тут вмешалась Патрисия.

— Хватит.

Все повернулись к ней.

Она заплакала.

— Это правда. Я знала.

Маурисио резко схватил её за руку.

— Замолчи.

— Нет! Я больше не буду молчать.

Патрисия рассказала, что Офелия боялась: если у Алехандро появятся наследники, Маурисио никогда не получит семейное состояние. Поэтому после рождения близняшек она договорилась с человеком из клиники, чтобы детей объявили умершими.

Мариана узнала правду и собиралась рассказать всё мужу.

Но не успела.

После её смерти девочек тайно передали женщине по имени Роса — бывшей няне Марианы. Роса два года прятала детей, пока сама тяжело не заболела.

Перед смертью она решила вернуть девочек туда, где их отец когда-нибудь сможет их найти.

И спрятала медальон внутри сухой булки, потому что боялась, что его отнимут.

Алехандро молча смотрел на мать.

— Ты украла у меня моих детей.

Офелия заплакала.

— Я думала, что защищаю семью.

— Нет, — тихо ответил он. — Ты разрушила её.

Через несколько недель ДНК-тест подтвердил то, что Алехандро уже чувствовал сердцем: Луна и Соль были его дочерьми.

Он оставил дом у озера.

Но продавать его больше не стал.

Детскую комнату он отремонтировал, поставил туда две кроватки и повесил над ними фотографию Марианы.

А серебряный медальон положил в рамку рядом.

Каждый вечер девочки спрашивали:

— Папа, мама нас видит?

И Алехандро отвечал:

— Думаю, да. И она очень рада, что я наконец вас нашёл.

А сухую булку он сохранил.

Не потому, что она была чем-то ценна.

А потому, что именно в ней Мариана, спустя почти два года после своей смерти, каким-то невероятным образом всё-таки смогла вернуть ему его детей.